Уважаемые гости! Если вы оставляете комментарии на форуме, подписывайте ник. Безымянные комментарии будут удаляться!

Кофейня  Поиск  Лунное братство  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти  



 

Страницы: 1
RSS

"Постичь себя", Завершён. Дуэль Маринка - Lutik

Название: Постичь себя
Фандом: БН
Жанр: мелодрама – альтернатива
Время: канонное, без изменений
Герои: Анна, Михаил, Владимир, и прочие, если кто-то потребуется
Задача: Ань, задача всё та же - реальное счастье ВА, и благополучие Михаила. Я верю в тебя!
Никнейм Маринка зарегистрирован!

"Живи с радостью, и радость будет жить с тобой!" ©

Выстрел 2. Маринка

- Миша-а-а! Я свободна, Миша-а-а! – смеясь, и размахивая перед его лицом своей вольной, Анна толкнула довольного князя прямо в сугроб. Их радостный смех звенел в морозном воздухе, нарушая тишину и покой застывшего зимнего леса.
- Я больше не крепостная, Миша-а-а!
Она подала ему руку, чтобы помочь подняться, но не удержалась на ногах, и, хохоча, они оба снова оказались в снегу.
- Аня!.. всё плохое уже позади! А впереди – целая жизнь! – кричал и счастливый Репнин, взметнув руками снежный вихрь. Девушка не осталась в долгу, и ответила ему тем же.
Натянув на голову цилиндр Мишеля, раскинув руки, красавица повалилась спиной в снег, и, глядя на небо, блаженно вдохнула чистый и пьянящий воздух свободы:
- Миша… Вам никогда этого не понять. Вы всегда были свободны…
- Вы правы, Анна, - князь стоял подле неё на коленях, продолжая улыбаться, весь в снегу, – не стоит разменивать этот день по мелочам… Вы ведь подарите мне первые часы Вашей свободы?
Она поднялась, и, смело глядя на своего поклонника, подтвердила:
- Разумеется! И не только первые…
- О, я счастлив! Ваши сияющие глаза, мадемуазель, озаряют мою душу светом надежды! В таком случае, готовы ли Вы выслушать меня прямо сейчас? Или Вы предпочитаете дождаться более торжественной, официальной и праздничной обстановки?
- Праздник?! Правда?!.. – обрадовалась Аня. – Вы собираетесь устроить праздник?
- Да! – Молодой человек вдруг стал серьёзнее. – Более всего на свете, я хочу, чтобы Вы были счастливы, Анна, и чтобы Вы сделали счастливейшим из смертных меня. И посему, я осмелюсь спросить у Вас, сударыня, не окажете ли Вы мне честь и доверие, разделив со мною мой жизненный путь? В горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и во здравии, покуда смерть не разлучит нас…
И словно с морозного серого неба, так напоминающего цвет глаз её бывшего барина, до девушки донеслись слова:
«… Вы сделали выбор, Анна… Сразили меня наповал… Барон Корф сражён, осталось только выполнить его последнюю волю… Будьте счастливы…»
- Миша… - пытаясь стряхнуть и прогнать это наваждение и морок, барышня немного растерянно взглянула на Михаила, ещё опасаясь, что неверно его поняла. – Неужели... Вы... предлагаете мне… свою руку и сердце?
- Неужели это звучит так ужасно? – улыбнулся Репнин, и кивнул, подтверждая. – Да, а так же своё имя и титул в придачу!
- Но... Ваши родители…
- О, Вы не знаете моих родителей! – с воодушевлением продолжал Мишель. – Это потрясающие люди! И я уверен, что когда они узнают Вас, они Вас полюбят, так же, как люблю Вас я! И благословят нас! Анна, поверьте, Вы удивительны! Я не встречал девушки прекраснее и достойнее, чем Вы…
- Миша, - Аня вдруг зябко поёжилась.- Я сомневаюсь, что Вы думали так же в тот вечер... когда увидели, как я... и узнали...
- Анна, мне стыдно теперь, - князь завладел её холодными ладонями. – В тот вечер я наговорил Вам всего... Я был не прав, простите меня… Вы признаёте за человеком право на ошибку?
- Да, разумеется, но… - ей всё ещё не верилось, что это происходит с ней. – Вы же намеревались сопровождать меня в театр? Говорили, что меня ждёт императорская сцена…
- Я просто любым способом стремился спасти Вас от чар нашего неотразимого барона, - улыбнулся Михаил. – Чтобы увезти Вас из его дома. Мои намеренья по отношению к Вам всегда были самыми честными и благородными, клянусь! Мы поедем с Вами в Италию, Анна! Вы увидите, это просто рай! Вы будете счастливы! И Ваше прошлое отступит, превратится лишь в смутный, далёкий, призрачный сон! Вы согласны разделить свою судьбу с моею? Навсегда…
- Да, - её взор заблестел счастливыми слезами. – Я согласна. Миша, неужели чудеса всё же случаются?
- Всё дурное позади, в прошлом, - повторял Репнин, помогая девушке подняться на ноги. – Вы теперь свободны, свободны, Аня, и никакая тень не встанет более между нами, я обещаю!
«… Вся моя жизнь принадлежит только Вам, лишь Вам одной… Только бы ты была рядом… Всегда...» - вдруг снова совсем некстати нахлынули на неё воспоминания о прошлой ночи.
Девушка вздрогнула, побледнела, и князь, заметив, перемену в её лице, забеспокоился:
- Что с Вами, Аня? Вы замёрзли?
- Всё хорошо, Миша, - улыбнулась она ему. – Теперь всё…
«Нет, Владимир Иванович, Вы справитесь, - уверяла она себя. - Вы сильный, Вы всегда справлялись...»
Звук одинокого отдалённого выстрела ворвался в сознание и оборвал и эти её мысли, и слова. Где-то снова всполошилось потревоженное вороньё.
- Миша, что это? Вы слышали? – Анна подняла на Михаила свои испуганные глаза.
Изменено: Маринка - 05.07.2016 21:23:24
Никнейм Маринка зарегистрирован!

"Живи с радостью, и радость будет жить с тобой!" ©

Ответ 2 Lutik

- Похоже… на выстрел, - растерянно пробормотал Репнин.

Колокол тревоги одновременно ударил в сердцах свободного мужчины и освобожденной женщины. Ударил, но по-разному.
В мыслях князя появилась картина другой дуэли. Той, что состоялась в ином месте, по вызову цесаревича, но все с тем же бароном Корфом. Тогда пистолет друга дал осечку, но чудо не случается дважды.

- Владимир… - едва слышно проговорила Анна, но в этом единственном слове, сказанном ею, Репнин явственно различил не простое беспокойство, а страх, гнетущий страх.
В ее взоре померкла радость, граничившая с безудержным весельем. Миг назад красавица, получившая долгожданную вольную, была пьяна своей свободой, но ныне она будто пробудилась от колдовского сна.
- Мы должны ехать! – воскликнула она, схватив князя за руку. – Владимир. Он там… Ему плохо… Я никогда не видела Владимира таким. Едем, Миша!

Голубые глаза наполнила такая мольба, что князь, сбитый с толку проклятым выстрелом и стремительной переменой в самой Анне, поневоле ощутил себя лишним в странной игре, что вели меж собой барон и его бывшая крепостная. До этого мгновения Репнину казалось, что несправедливой зависимости прекрасной подневольной от ее хозяина, наконец-то, пришел конец, но, увидев, как отчаяние исказило красивые черты Анны, Михаил понял: загадочные слова Корфа о прошлой ночи и какой-то жертве были неслучайными. Еще оставалось нечто, невидимой нитью связывающее Владимира и эту нежную девушку. И именно это неведомое, верно, заставило барона подарить Анне свободу и надежду на счастье без него. Именно оно вынуждает вольную барышню забыть обо всем на свете и бежать на поиски бывшего хозяина. И, верно, крепкая она, эта нить, раз до сих пор соединяет друга и возлюбленную.
Есть лишь одно слово на свете, которым можно было бы назвать такую связь.
- Анна! – князь перехватил вцепившуюся в него ручку и осторожно сжал озябшую узкую ладонь, согревая ее. - Что случилось прошлой ночью? О какой жертве шла речь?

Она сильнее побледнела.
- Миша! Полно Вам! Не время об этом. Вдруг с Владимиром что-то случилось? Я себе этого никогда не прощу. Да и Вы тоже. Едемте же! Где Ваша лошадь?

«Наташа бы тоже за меня боялась», - пытался успокоиться Михаил. И все же он понимал: Корф и Анна менее всего походили на брата и сестру. Стало быть, не родственные чувства так встревожили воспитанницу старого барона.

Анна же, увидев бурого жеребца, привязанного к дереву, поторопила князя:
- Скорее, Миша! Скорее!

Усадив даму, Репнин вскочил на коня. Мужчина и женщина, недавно резвящиеся, словно дети, на заснеженной поляне, помчались во весь опор в ту сторону, откуда раздался опасный выстрел.
Свежие следы привели к одинокому всаднику, в котором даже издалека можно было узнать барона Корфа. Вскоре два жеребца поравнялись друг с другом. Владимир сначала с удивлением, а потом с мрачной ухмылкой окинул неожиданных спутников.

- Направляетесь в поместье в сопровождении князя, сударыня? – холодно поинтересовался он. – Полагаю, Вам надобно собрать вещи.

- Вещи? – растерянно спросила Анна.

- Именно так. – заключил Корф. – Платья, шляпки, драгоценности – все, купленное моим отцом, осталось Вашим. Варвара поможет уложить это в сундуки. Или решили подождать, пока князь приведет в порядок свое поместье?
Не дожидаясь ответа, Владимир продолжил:
- Что ж, верное решение. Можете сколь угодно жить в том доме, где выросли. Я Вас не гоню.

Вместо Анны мрачно заговорил Репнин:
- Ты весьма благороден, друг мой, но мы услышали выстрел. Анна встревожилась. Да и я, зная твою любовь к шальным пулям, погнал во весь опор.

- К чему мне искать смерти во второй раз? – усмехнулся барон. – Я не идиот, Мишель, чтобы вновь испытывать судьбу. Она и без того в последние дни играла со мной в кошки-мышки.
Он посмотрел на притихшую Анну. Взгляды их встретились. И князь, наблюдая за немым диалогом серых и голубых глаз, вновь ощутил себя лишним.

- А в последнюю ночь? – с подозрением поинтересовался Михаил. - Все же о какой жертве ты говорил, Владимир?

Не отводя взгляда от Анны, барон горько усмехнулся.
- К чему теперь вспоминать, Мишель? Мадемуазель сделала свой выбор. Постарайся подарить ей истинное счастье. Она это заслужила.

Мучимый возникшей недосказанностью, князь возразил:
- Мне бы не хотелось, чтобы между мной, Анной и тобой оставались недомолвки. Довольно тайн.

- Он прав, Владимир Иванович. – решительно согласилась девушка. – Больше не должно быть никаких тайн.

Корф не ответил. Он по-прежнему смотрел на нее, и его глаза, словно зеркало, выдавали внутреннюю борьбу.
Анна помнила этот взгляд. Помнила с прошлой ночи.

«Ты любишь меня? - шептали губы, миг назад целовавшие ее лицо. – Ну, скажи… Ты любишь меня?»
Под натиском внезапно нахлынувших воспоминаний девушка ощутила, как былая уверенность тает, будто мартовский снег под лучами сверкающего солнца.
Заметив на красивом лице тень сомнения, Владимир понял, как тяжело ей решиться на признание.
- Прошлой ночью Анна вновь уговаривала меня отменить дуэль. – быстро проговорил он. – Но я отказался.

- Так что же в этом особенного? – с недоверием спросил Репнин. - Она и раньше пыталась убедить нас не стреляться.

- Раньше я не была готова заплатить за это! – на одном дыхании призналась Анна.

Ошеломленный ее словами, Михаил пробормотал:
- А теперь заплатили? И как же?

- Торги не состоялись. - помрачнев, ответил Корф. – Цена была слишком высока.

Подозрение, возникшее в мыслях князя, обернулось догадкой. Опасаясь найти ей подтверждение, Репнин пристально вглядывался в Анну. Она была очень бледна. Губы дрожали то ли от холода, то ли от волнения. Но в васильковых глазах не было той обиды, которую Михаил прочел в них на следующий день после проклятого танца. Не было там и страха. Во взгляде Анны, ныне обращенном на Владимира, смешались боль и нежность. Молча, она опустила глаза.

- Здесь не место для разговоров. – хмуро заметил Корф. – Да и не время. Право, Мишель, не стоит тревожить прошлое. Позаботься об Анне.

- Непременно. – рассеянно ответил князь, занятый посетившей его мыслью. Это казалось невозможным, но, чем больше он смотрел на Анну, тем больше убеждался в верности своей догадки. – Однако прежде я хочу получить от нее честный ответ: что Вы сделали ради отмены дуэли? Готовы были отдать самое дорогое?

- Да. – призналась девушка. Помедлив, она, наконец, пояснила: - Я… я пришла к Владимиру и была готова отдать все, что у меня было, свою честь, чтобы вы оба остались живы.

Наступило молчание. Стало слышно, как стучит по сосновой коре работящий дятел, но никто из людей, остановившихся на опушке леса, не обратил на лесного труженика никакого внимания.
- Вы запутались, Анна. – заговорил помрачневший князь. – Нельзя любить одного, а в спальню приходить к другому.

- Неужели ты не понимаешь, почему она это сделала! – воскликнул Владимир.

- Начинаю понимать. – горько усмехнулся Репнин. – Жаль, что раньше я этого не замечал.

- Миша!

- Не надо, Анна. Владимир прав. Вам стоит принять его предложение и пожить в доме, где выросли. Думаю, потребуется не так много времени, чтобы понять: чьей женой становиться.

- Но я спасала Вас! – в волнении возразила она, не задумываясь о последних словах князя.

- Меня или его? – на лице Михаила вновь появилась болезненная усмешка.

- Вас обоих. – вздохнула Анна. – Неужели чья-то смерть принесла бы хоть кому-то счастье? Один из вас, убив другого, сам не смог бы с этим спокойно жить.

- Все это я уже слышал. – устало заявил Репнин. - От одной дамы, которая передала Вам платок. Да, мы с Владимиром не смогли бы стрелять друг в друга.

– Но Анна не могла быть в этом уверенной. - вступился Корф. - Она любит тебя, и ради любви решилась на такой шаг. Какие еще нужны доказательства?

- А кто сказал, что дама сделала это из любви ко мне? – с горечью спросил князь, уже не глядя на ту, что снова становилась предметом спора между ним и бароном. – Может, она боялась за тебя? Вы ведь выросли вместе. Пусть даже жили во вражде, но вместе. Вас связывает гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд: воспитание, детские годы, тайна, которую оба хранили. Мы с Наташей тоже выросли в одном доме, но она мне сестра. А вот Анна и впрямь никогда не будет твоей родственницей. Ей надо разобраться в своих чувствах, постичь себя и сделать правильный выбор.
Замолчав, он отвел коня в сторону и легко вскочил в седло.

- Куда Вы, Миша? – воскликнула Анна.

Князь обернулся. Светло-карие глаза блестели решительностью.
- Я буду у Долгоруких еще два месяца. Может и больше. Есть дела, не терпящие отлагательств. Вас же оставляю на попечении Владимира. Разберитесь в собственных чувствах к нему, а после напишите мне о своем окончательном решении. Если Вы останетесь со мной и станете моей женой, то никакой тени не должно быть в нашем будущем.
Переведя взгляд на барона, он с поспешностью бросил другу:
- Позаботься об Анне. Теперь это моя просьба.
Конь князя, подчиняясь действиям хозяина, тронулся с места рысцой, но вскоре Михаил пришпорил жеребца и погнал его галопом.
Никнейм Маринка зарегистрирован!

"Живи с радостью, и радость будет жить с тобой!" ©

- Вы, правда, за меня тревожились? – спросил Корф у Анны после того, как всадник и его конь скрылись из виду.

- Конечно. – искренне ответила она. – Я не хотела, чтобы с Вами что-то случилось.

Барон с грустью улыбнулся.
- Право не стоило. Я не заслуживаю Вашей заботы.

- Владимир! – Анна не в первый раз назвала его по имени, но теперь ее обращение зазвучало с особенной нежностью. Сердце в груди барона болезненно заныло. – Я очень благодарна за вольную, но почему Вы решили отдать бумагу сегодня?

- А почему нет? – усмехнулся он.

- Я помню наш разговор в библиотеке. – со всей серьезностью продолжила она.

- Который именно? – в серых глазах заблестели искры веселья. – У нас с Вами было много разговоров. И большая их часть состоялась в библиотеке.

- Не смейтесь. – попросила девушка. – Я говорю о Ваших словах, сказанных обо мне и Михаиле, о том, какое будущее ждет нас с ним.

Барон нахмурился.
Анна продолжила:
- Вы спрашивали, люблю ли я Михаила настолько, чтобы оставаться на вторых ролях, быть возлюбленной, которую скрывают от высшего света.

- Я помню свои слова. – с резкостью отозвался Корф. – Насколько понимаю, князь сделал Вам предложение и дал время подумать.

- Да. – подтвердила бывшая крепостная. – Он сказал, что мы поедем в Италию, что его родители примут такую невестку.

- Так в чем же дело? – мрачно поинтересовался Владимир. – Напишите князю, как можно быстрее. Вы ведь хотите стать его женой?

- Порой в своих мечтах я грезила об этом. – призналась Анна.

- Теперь Ваши грезы могут обернуться явью. Надо только принять решение.

- Вы правы. – согласилась девушка. - Я могу написать Михаилу и сказать, что люблю его и хочу всю жизнь быть рядом с ним.

- Так напишите. – с раздражением посоветовал Владимир.

- Есть нечто, что мне мешает это сделать. – спокойно пояснила Анна.

Барон вопросительно взглянул на нее.

- Теперь я не уверена, что это будет правдой.

- Вы сомневаетесь в своих чувствах к Репнину? – удивился Корф.

Анна кивнула.

- Но почему?

- Тогда, в библиотеке, Вы спросили меня, почему я мучаю его, влюбленно смотрю и отталкиваю, даю надежду и убегаю. На самом деле причиной тому было не только мое крепостное положение.

- А что же еще?

- Я ведь так и не ответила прямо на вопрос: люблю ли Михаила.

- Что же заставляло Вас сомневаться в этом?

Анна отвела глаза.
- Михаил прав. Мне надо разобраться в своих чувствах.

- Что ж. Да будет так. – подтвердил мужчина. – А пока предлагаю отправиться домой. Вести беседы лучше в тепле. Вы согласны?
Он с нежностью улыбнулся, и бывшая подневольная ощутила, как на душе становится тепло и спокойно. Давно она не испытывала подобного в присутствии Владимира Корфа.

В поместье вольную Анну встретили по-разному. Варвара прослезилась на радостях. Никита повеселел. Полина недовольно поджала губы. А Карл Модестович, избавившийся от блажи после удара головой и, к несчастью крепостных, вновь превратившийся в подлого и вороватого управляющего, с досадой поглядывал на вчерашнюю крепостную актрису, которая ему так и не досталась.
Впрочем, долго кусать губы немцу не пришлось. Барон, заметив косые взгляды Шулера, вызвал его в свой кабинет. Поигрывая дуэльным пистолетом, Корф напомнил рыжеусому плуту недавний разговор и обещание тогда еще блаженного Карла относиться к девушке, как к дочери.

- Все больше убеждаюсь, что Вы были не в себе, когда это говорили, а теперь, стало быть, излечились от малохольства и за старое принялись. Так вот мое последнее слово: увижу рядом с Анной – прихлопну, как муху. Признаться, Вы мне порядком надоели. А посему будьте добры: подите-ка вон. Подите!

После такого заявления Шулеру ничего не оставалось, как убраться подобру-поздорову.

В тот же вечер Анна вошла в библиотеку, чтобы выбрать книгу, которая успокоила бы мысли. Девушка в задумчивости разглядывала увесистые тома, расположившиеся на полках деревянного шкафа.

- Полагаю, Вы с закрытыми глазами можете найти Шекспира. – предположил Корф, подходя сзади.

Она обернулась.
- Шекспир не раз спасал меня от бессонной ночи.

- Вы над ним засыпали? – улыбнулся барон.

- Скорее мечтала вместе с его героями перед сном.

- И о чем же? – поинтересовался мужчина, пряча боль за маской беспечности. – Наверно, о прекрасном рыцаре, похожем на Репнина. Вы мечтали, как он увезет Вас далеко-далеко, туда, где не будет никого из прошлой жизни. В первую очередь, меня.

- Нет, Владимир.

- Нет? – барон изобразил удивление.

- Нет. – повторила Анна, печально улыбнувшись. – В моих мечтах благородный рыцарь увозил меня от Карла Модестовича.

Корф помрачнел.
- Он Вас больше не потревожит. Давно следовало прогнать этого плута.

- Однако было время, когда Вы делали вид, что верите ему, а не мне. – с горечью вспомнила Анна. – Мне было невыносимо слышать обвинения в смерти Ивана Ивановича и присвоении поместья. Скажите, почему Вы так себя вели? Неужели можно любить и мучить?

- И мучиться самому. – признался Корф. - Я гнал чувства, которые Вы во мне вызывали с самого детства. Видеть ту, что не безразлична, и знать, как она далека… Поверьте, это тоже невыносимо. Я малодушно надеялся, что ненависть к Вам поможет вырвать из сердца истинные чувства, но этого не произошло.
Владимир взял ее за руку и, наклонившись, поцеловал.
- Было бы глупо надеяться, что Вы так быстро все забудете. - не выпуская ее ладонь из своей, он с нежной грустью посмотрел в голубые глаза. - Поверьте, я искренне раскаиваюсь в том, что натворил. Вы заслуживаете счастья, Анна. Самого большого счастья. Какое бы решение ни приняли, помните, что в этом доме Вам всегда будут рады.

Он ждал, когда она отнимет у него руку, но девушка этого не сделала. Тогда барон продолжил:
- Я бы очень хотел все исправить. Хотел бы сделать Вас счастливой, подарить мечту. Но, увы. Я не прекрасный рыцарь.

- Вы подарили мне свободу, право выбирать свою судьбу. – тихо возразила Анна. – Это самый лучший подарок.

- Я понял, что любовь не терпит насилия. Нельзя заставить кого-то любить, но можно доказать свои чувства на деле. - пальцы барона принялись осторожно поглаживать девичью ладонь. - Даже если потом будет адски больно.

От болезненной нежности его взгляда, ласковых прикосновений и непривычной мягкости в голосе девушка ощутила, как все тело наполняется сладкой истомой. Внезапно Анне захотелось вновь очутиться в объятиях этого мужчины, подарить ему свое тепло, отдать частицу себя. Повинуясь внутреннему порыву, она потянулась к нему, словно цветок к горячему солнцу, не боясь быть опаленной горячими лучами.
Их губы встретились. Принимая ее поцелуй, пораженный Владимир сначала ощутил себя робким мальчишкой. Такая Анна слишком долго казалась ему несбыточной мечтой, приходила во снах. Корф не мог поверить, что теперь все наяву. Но ощущая тепло и мягкость ее губ, тонкий запах духов, он, как изнуренный путник, устремился к своему оазису и уже не думал: а не мираж ли это.
Анна первой отстранилась от мужчины. Краснея, она отвела глаза и внезапно ощутила, как стыд и неведомая радость, словно вода и масло, не смешиваясь, наполняют разум и сердце.

- Зачем ты это сделала? – в его вопросе звучали мука и надежда, радость и страх.

Девушка взглянула на барона и замерла. Серые глаза мужчины наполнял лихорадочный блеск. Они смотрели на нее, как на королеву, которой предстояло вынести приговор о казни или помиловании.
И в этот миг воспитанница Ивана Ивановича поняла, что видит истинного Владимира Корфа. Без единого намека на маску. Любя, он сделал все возможное, чтобы исправить собственные ошибки и подарить ей счастье. Он знал настоящую Анну, понимал ее больше, чем Михаил, и по этой причине в ту ночь сказал: «Уходи!»

Сама судьба странным образом переплела их жизни. Они оба долго противились этому. Судьба же оказалась мудрее. Бог рассудил верно, позволив, им вырасти бок о бок. Они же долгое время не замечали или не хотели этого замечать.

- Зачем? – повторил он свой вопрос.

- Я приняла решение. – просто ответила она. – И сегодня же напишу Михаилу.

- Ты понимаешь, что назад дороги не будет? – глухо спросил он. – Я не смогу отпустить тебя во второй раз. Это выше моих сил.

- Знаю. – Анна улыбнулась ему, и в ее улыбке Корф увидел надежду. Боль, сковавшая его изнутри, отступила при словах: - Я хочу остаться.

Это было начало нового пути, их единого пути.
Никнейм Маринка зарегистрирован!

"Живи с радостью, и радость будет жить с тобой!" ©

Получив письмо Анны, князь Репнин несколько раз перечитывал его. Михаила поразило не то, что было написано изящным почерком. Оставляя девушку в заснеженном лесу вместе с Корфом, он уже догадывался, что она может принять такое решение.
Князь изумился своему отклику на сделанный ею выбор. Внутри появилось сожаление, разочарование, но не было горечи, острой боли. Может он и не любил? Или чувства были не столь сильны, как прежде казалось?
Вновь и вновь воскрешая в памяти образ Анны, Репнин внезапно понял то, что прежде ускользало от его мыслей. Загадочная незнакомка, обронившая розу, прекрасная фея с волшебным голосом и гордая красавица, обиженная чудовищем, - это только образы. Немыслимо представить, что хоть одна из них могла прийти в спальню к человеку, ставшему причиной ее страданий, и предложить себя в обмен на чью-то жизнь. А Анна пришла. Кого она хотела спасти?
На память пришли слова Корфа:
- Этот фарс я затеял лишь для того, чтобы ты убил меня, Мишель.
Репнин понимал, что это невозможно. Он никогда бы не смог лишить жизни друга.
А Владимир? Смог бы он жить после похорон Мишеля Репнина, убитого им на дуэли? Был бы барон тогда счастлив с Анной?
Теперь с холодной головой размышляя над этими вопросами, Михаил пришел к окончательному ответу.
Нет. Владимир не таков.
Стало быть, Анна и впрямь спасала обоих, но для достижения этой цели выбрала Корфа. Почему?
Не от того ли, что где-то в глубине своего сердца она стремилась к этому, мечтала, но, как и Владимир, не желала в том признаться даже самой себе?
Видимо, так.

- О чем задумались, Михаил Александрович? – поинтересовалась вошедшая Лиза.

Репнин оглянулся. Золотистые волосы были уложены в изысканную прическу, но веселье, сверкавшее во взгляде, все равно делали ее похожей скорее на юную озорницу, чем на замужнюю даму. И это совсем не удивляло Михаила, успевшего узнать все о весьма сомнительном браке чудесной Лизаветы Петровны и старой свиньи Забалуева.

- Так о чем Вы тут задумались? – повторила Лиза.

- Так, - улыбнулся Репнин, - о жизни, бренной и прекрасной.

- Достойная тема. – усмехнулась Лизавета. – Сожалею, но мне придется просить Вас вернуться к земным трудностям.

- Каким же? – полюбопытствовал князь.

- Помните, я говорила Вам о кольце?

Репнин кивнул.

- Так вот. Я пыталась изобразить из себя покорную жену и потихоньку забрать его, но Забалуев разгадал мой план. – Лиза вздохнула. – Простите, я все испортила.

- Вы пытались соблазнить эту свинью? – такой поступок неприятно удивил Михаила. Представлять еще одну жертву, да еще в объятиях чудовища Забалуева, князю не хотелось.

- Приятного было мало. – призналась смелая особа, пряча за улыбкой досаду.

- Вы меня поражаете, Елизавета Петровна! – воскликнул Репнин .

Любуясь хорошеньким личиком, он не столько ощутил желание защитить эту искательницу приключений от всех несправедливостей, сколько восхитился ее умом, отвагой и жаждой жить, любить, действовать.
- Вы необыкновенная девушка. – признал князь. - Смелая, решительная, красивая и умная.

- Вы меня захвалите! – смущенно улыбнулась Лиза.

- Это не беда. – усмехнулся Репнин. – Беда будет, если Вы совсем перестанете советоваться со мной и станете действовать сгоряча. Одна.

- Ну нет. – решительно заявила Лизавета. – Без Вас мне будет скучно.

- И то правда! – хмыкнул князь. – Я тоже без Вас погрязну в хандре. Пожалуй, мы нужны друг другу.

- Пожалуй. – согласилась Лиза, глядя ему в глаза.

Этому мужчине и смотревшей на него женщине еще предстояло постичь себя и друг друга. Но в том, что их встреча не была ошибкой, сомневаться не приходится.


Конец.
Никнейм Маринка зарегистрирован!

"Живи с радостью, и радость будет жить с тобой!" ©

Страницы: 1
Читают тему
Ссылки на произведения наших авторов
Сайт создан и поддерживается на благотвортельных началах Echo-Group