Уважаемые гости! Если вы оставляете комментарии на форуме, подписывайте ник. Безымянные комментарии будут удаляться!

Кофейня  Поиск  Лунное братство  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Войти  



 

   RSS

Кофейный роман, Завершен

Название: Кофейный роман
Второе название: Проигравший уходит vol. 2.0
Авторы: мы
По мотивам рассказа Проигравший уходит
Серия: «Имена»
Жанр: местами мелодрама
Пейринг: двое чокнутых
Рейтинг: временами отсутствует*
* просим обратить особое внимание, что рейтинг присутствует постоянно, с незначительными паузами
Примечание: мы не хотели, но оно само
Примечание персональное: Магика, дорогая! Ты очень просила предупреждать тебя особенно. ПРЕДУПРЕЖДАЕМ!!!

коллаж by Magica


Скрытый текст
Мой ник-нейм JK et Светлая забит!
Страницы: Пред. 1 2 3
Ответы
10
- Меня сегодня не будет, - сказал Макс помощнице и вышел из кабинета.
Повернул к Закревскому, но передумал. Не стоит дергать. Что ему скажет Еремеенко – неизвестно. А этот идиот начнет истерить. Еще с ним увяжется.
Спустя минут сорок Вересов входил в кабинет Николая Ильича.
- Максим Олеееееегыч! – протянул Еремеенко, едва увидел своего, чего уж греха таить, любимого адвоката по бракоразводным процессам. Поднялся и протянул ему руку для пожатия. – Ну удружил ты мне, так удружил!
- И чем конкретно? – живо поинтересовался Вересов, пожимая протянутую руку и располагаясь на стуле перед хозяином кабинета.
- Да Каргиным своим! Прелюбопытнейший фрукт оказался. Нет! Ничего не могу сказать, концы умело прячет. Так ведь и мои орлы не лыком шиты. Последний тендер по горюче-смазочным в госзакупках, майский в смысле, этот засранец выиграл, хотя с какого перепугу вообще не понятно! По бумагам – хрен придерешься, так ведь зацепка есть. И ведет далеко! Ты, голубчик, кофейку не хочешь?
- Не откажусь, - усмехнулся Макс, - но при условии, что в следующий раз вы ко мне. Угощу не только кофе. Зацепку, полагаю, тоже дернули основательно?
Еремеенко рассмеялся и включил систему связи:
- Леночка, будьте любезны два кофе. Черных. Спасибо, – поднял глаза на визитера и продолжил: - К вам, Максим Олегыч, разве только в гости. Разводиться пока не вариант, жениться бы сперва. Так вот о ниточках. Решение по этому тендеру принималось, ясное дело, комиссией не без участия Дениски Гаращенко. Слыхали про такого?
- Слыхивал. Пересекаться не приходилось.
Николай Ильич прищелкнул языком и подмигнул Вересову.
- Гаращенко Каргину кумом приходится! – провозгласил он, будто выкрикнул: «Бинго!». А потом принялся пояснять: - Сынульку младшего крестил. А еще Каргин твой лет десять назад в его предвыборную кампанию вкладывался. Так что сам понимаешь, какая непредвзятость в комиссии была. Там обоснование красиво слеплено. А по факту убытки одни от такого сотрудничества. Тупо отмывание денег. Понимаешь, к чему веду?
- Да уж более чем, - задумчиво протянул Макс. – В целом, что-то такое мы и предполагали. Все схемы схожи между собой. И все же, Николай Ильич, откровенно. Полученная информация останется лишь информацией? Или…
- Или, Максим Олегыч, - совершенно серьезно ответил Еремеенко. – Или. Потому что вот тут-то самое интересное. Вы детективы девяностых смотрели? Про малиновые пиджаки, про братков? И даже про устранение конкурентов? Физическое, разумеется. Там одно за другим потянется. Еще с тех пор. Теперь-то методы чуток поменялись. Вроде как, цивилизовали бизнес. А оно нет-нет, да и прорвется. К слову, шапки и в органах полетят. Проверяем ведь подчищенные реестры. Шухеру вы, конечно, навели. Ткнули чуть ли не в небо, а попали.
Вересов усмехнулся. Знал бы Еремеенко кто, каким пальцем и куда ткнул. Ну раз уж совпало приятное с полезным, то можно и искупаться в лучах славы. Немного.
- Каргин был моим клиентом. Каюсь, провели мы это дело не совсем успешно. Что нередко случается, если ставить себе нереальные цели. Или потерять нюх.
- Ха! Шутить изволите? Да что тогда такое нюх, если не ваша просьба санкционировать проверку у этого засранца! А уж за то, что теперь я за яйца Гаращенко держу, вам моя личная признательность. В купу ко всему, что вы сделали, - Еремеенко помолчал, внимательно изучая лицо Вересова, и продолжил: - Мы с ним по одному мажоритарному округу баллотируемся. Банально, да?
- Нууу… - многозначительно проговорил Макс. – Как сказал бы один мой родственник – дорога ложка к обеду.
- Именно. Буду конкурента выбивать. И заметьте, исключительно в рамках законодательства. Повестки в ГПУ уже всем разосланы. В том числе вашему Каргину. Если не дурак, будет сотрудничать. У него не так много вариантов. У Дениски их, правда, еще меньше.
- К счастью, Каргин – не наш. Теперь уж точно. Вы же знаете, я уголовкой не занимаюсь.
- Вам и не надо. Перепачкаетесь. А у вас талант! – объявил Еремеенко. – Кстати, талант, как там развод моего непутевого? Со своей белобрысой еще не помирился?
Развод Еремеенко-младшего тянулся с февраля. И это был тот еще головняк!
- Алексей Николаевич настроен самым решительным образом, - бодро ответил Вересов, мысленно поржав.
Еремеенко-младший даже в самой отчаянной фантазии вряд ли представлял, что такое решительность. В отличие от своей супруги. С которой действительно хотел расстаться. Но делая шаг вперед, отступал на два, как только драгоценная половина повышала голос хотя бы на полтона.
- Да? – совершенно справедливо засомневался Николай Ильич. – Ну вы уж об этом решительном позаботьтесь. Я ж его вам, как родному человеку, доверил.
- Позабочусь, Николай Ильич, не беспокойтесь!
Секретарша внесла в кабинет поднос с кофе и поставила на стол.
А когда вышла, Еремеенко с улыбкой достал откуда-то из ящика бутылку коньяка и водрузил рядом с подносом.
- Ну так что, Максим Олегыч? По кофейку?
Мой ник-нейм JK et Светлая забит!
11
Вероника сидела на диване, тупо уставившись в телевизор. Таким образом она проводила все свои дни после того, как увидела видео с флешки Каргина в кабинете Славы. Ей доставало сил изображать, что все, как всегда, по утрам и вечерам. Но с той минуты, как за ним закрывалась дверь, и до самого его возвращения она находилась в замершем состоянии, будто ее поместили в раствор на полке Кунсткамеры.
Выставка уродцев. Ей там самое место. Чем ближе стрелки подбирались к отметке времени, когда Закревский приходил домой, тем сильнее она дергалась: выглядывала в окно, пока не появлялась его машина, прислушивалась к лифту, выходя в коридор. Это было глупо. Она живет в его доме. И он обязательно вернется. Куда денется-то? Но каждый раз заглядывала в его лицо и боялась, что вот сегодня увидит в черных глазах насмешку, и он скажет ей собирать вещи. Боялась даже сильнее, чем Каргина.
Остаться без него было для нее равносильно выходу в открытый космос без скафандра. Без него она не сможет ни жить, ни дышать. Пребывая в своем странном безвоздушном пространстве, она металась, принимая всевозможные решения – от прямого вопроса, понравилось ли ему кино, до решения оставить ему ребенка, как только тот родится, и уехать. В чертову Пермь!
Но молчали оба. Она трусливо прижималась к нему ночами, оправдываясь страхами перед приближающимися родами. Он иногда хмурился, глядя куда-то в ноутбук, много работал, еще больше – возился с ней. И молчал. Молчал. Не говорил. Он вообще не говорил ничего, что хотя бы отдаленно было связано с ее прошлым. Кроме одного единственного раза, когда Ника, наконец, узнала о своем разводе – апелляция отклонила заявление Каргина.
Из привычного транса Нику вывел звонок в дверь. Она вдруг заметила, что в телевизоре пляшут какие-то мультяшки, и, кисло улыбнувшись, прошлепала к двери, которую и открыла, не спрашивая, кто там.
- Яяяя… рик…- радостно начала и в замешательстве закончила молоденькая девушка перед ней с бумажным пакетом в руках, а потом, приосанившись, посчитала нужным спросить: - А где Ярик?
- Кто? – переспросила Ника, внимательно разглядывая гостью.
- Ярик, - повторила девушка и похлопала длинными ресницами. – Ярослав Закревский. Он что? Квартиру продал?
- Вы хотите купить? – совсем ничего не понимала Ника.
- Нет. Я Оля! – заявила девушка, будто бы это все объясняло, в том числе рост цен на недвижимость. – Так где Ярик?
- Ярослава нет, - начиная соображать, ответила Вероника.
Оля нахмурилась и закусила пухленькую нижнюю губку. А потом окинула внимательным взглядом Веронику – от тапок до макушки. Разумеется, задержавшись на некоторое время на несколько раздавшейся талии.
- А вы кто? – растерянно спросила она.
- Квартирантка! – рявкнула Ника и хлопнула дверью перед хорошеньким носиком Оли.
Но тишина длилась ровно восемь секунд по часам. А потом снова позвонили и для верности постучали.
- Я же сказала, Ярослава нет! – «квартирантка» опять появилась на пороге.
- А вы не подскажете, где он теперь живет? – попросила барышня.
- Еще как подскажу! – заявила Ника, скрестив руки на груди. – Где-то на Оболони. Связался с какой-то вертихвосткой, проходу ей не дает. Днюет и ночует под ее окнами.
- Бедный Ярик!
- И не говорите!
Девушка совсем поникла и грустно покачала головой. Потом вдруг подняла свои круглые глазки на Нику и с надеждой попросила:
- Но вы ведь скажете ему, что я его искала? Ну… когда увидите. Он же за квартплатой приходит… Оля с юрфака! Он поймет!
- Всенепременно! – прошипела Ника и вновь захлопнула дверь.
Он поймет!
Через пять минут она уже тащила в гостиную из кладовки свой чемодан, а из шкафа в спальне – кипу своих вещей.
Уйти – лучшее, что она может сделать для Закревского. Если ее почти трусило от какой-то смазливой девчонки, которая в самом лучшем случае по собственному почину бегает за Славой, то что должен чувствовать он, не только зная, что представляло ее времяпрепровождение на протяжении многих месяцев, но теперь и увидев, как оно было.
Она должна дать ему свободу. Не нужно было к нему переезжать. Пользовалась его помутнением в голове – хватит! Знала ведь, что добром не кончится. Понимала, что такое Каргин. И так беспечно подставила Ярослава под удар. Кто еще увидит? Его шеф, помощница. Господи, у него родители, сестра.
- Скандальные задержания в столице. По согласованию с ГПУ… - вещала строгая дикторша в телевизоре, пока по комнате пролетал второй ворох одежды.
Ника подняла глаза и в следующее мгновение стала медленно оседать на пол рядом с раскрытым чемоданом. На экране мелькали кадры с Каргиным, прикрывающимся рукой, его чертовым Дэном, какими-то пресс-секретарями, чиновниками…
Чиновники!
Еремеенко.
Прижав к губам ладонь, Ника пыталась вслушиваться в то, о чем рассказывали журналисты. Но смысл ускользал от нее. Она скорее угадывала главное.
Каргин арестован.
И здесь не обошлось без Закревского – его строгое лицо мелькнуло на секунду рядом с Вересовым среди множества других лиц на экране. А может, и меньше, чем на секунду. А может, ей просто показалось. Но даже этого «показалось» хватило, чтобы сложить два и два.
Вероника неплохо считала. Иначе не вышла бы замуж за олигарха. Но недостаточно хорошо, чтобы не влипнуть по самые уши в этот чертов брак настолько, что не отмоешься.
Но в том, что касалось Закревского, считай-не считай – без него не обошлось бы.
Ключ в двери повернулся резко. Громко. Громче всего на свете.
Этот звук вернул Веронику к действительности. В телевизоре кто-то что-то готовил. Она по-прежнему сидела на полу и, оказывается, плакала. Попыталась утереть слезы, но те продолжали течь по щекам.
- Ник, я дома! – донеслось до нее из прихожей. Его звучный голос сейчас звучал ясно и беззаботно. Будто бы ничего не случилось.
Шаги. Ровно пять до комнаты.
Он показался в дверном проеме с широкой улыбкой на губах. Но стоило ему увидеть Веронику возле полусобранного чемодана на полу, как улыбка застыла, отчего его красивое яркое лицо превратилось в маску. Потом и она стала медленно стираться. Наконец, взгляд почернел и потяжелел.
Пауза длилась бесконечно долго. Тишина, прерываемая только болтовней из телевизора. Немыслимой, бестолковой, по-ярмарочному жизнерадостной болтовней – кулинарное шоу в разгаре.
Закревский разлепил губы и проговорил так, словно бы ничего не чувствовал, словно бы сейчас был совсем пустой, что так не вязалось с его тяжелым взглядом:
- Сбегать зачем? Я же все понимаю.
- Ты ничего не понимаешь, - выдохнула она, всхлипывая. – Я не сбегаю, но так лучше. Все это только потому, что ты чувствуешь себя в ответе. А зачем оно тебе? Что ты вцепился в меня? Тебе нормальная нужна, ясно? Нормальная! Думаешь, я не соображала, что делаю? Всегда соображала! Каждую минуту точно знала. Но это мое, грязное и гнилое. Мне с этим жить, не тебе. Когда в любой момент в тебя могут тыкнуть, даже там, откуда не ожидаешь.
- Это все?
- Нет, не все!
В ней словно включилась пластинка с записанным бесцветным голосом, сопровождаемым всхлипами.
Ника говорила и говорила, и говорила. Как приехала в Киев, как провалила экзамены, как познакомилась с Каргиным. Сначала все казалось сказкой. Все и потом оказалось сказкой, с той разницей, что для взрослых. Торопясь сказать обо всем, Ника вспоминала, как первый раз оказалась в больнице. Ходила в милицию, подала на развод, съехала в общежитие.
- Я сама к нему вернулась, слышишь, сама. А ты не знаешь меня совсем!
Она не помнила, как оказалась в его объятиях. Тот момент, когда он пересек несколько метров, разделявших их, как сам сел возле нее на пол в своем дорогом костюме – рядом с ней, в халате, заплаканной, уставшей, выпал из ее памяти, будто этого момента не было, будто он всегда был рядом. Просто, пока она говорила, придерживал ее за плечи, позволяя все рассказать. Даже если самому было больно слушать.
- Я знаю, - мягко отвечал он, поглаживая ее по спине. – Знаю.
Она мотала головой и продолжала твердить:
- Я больше не пыталась уйти. Ни разу. Приняв его условия. Сама жила лишь назло ему. И позволяла ему разрушать себя. Но я не хочу рушить твою жизнь. Отпусти меня!
Он вытирал слезы на ее щеках, мягко поправлял волосы, падавшие на лоб медными кольцами, вглядывался в покрасневшие глаза, которые с первого дня считал самыми красивыми на свете. И тихо шептал:
- Только если скажешь, что не любишь меня. Только так, и никак иначе.
Ника долго молча смотрела ему в глаза. Потом уткнулась лбом в его плечо и снова глухо заговорила.
- Я оставила ребенка только потому, что он твой. И ничего не говорила, потому что была уверена – для тебя это неважно. Я ходила в кафе. Несколько дней подряд. Тебя не было. А твой ребенок был. Уже тогда был.
И после долгой, тяжелой паузы сказала:
- Я люблю тебя. Я правда тебя люблю. Я умею.
Он шумно задышал, прижал ее к себе крепче, и она ясно расслышала, как часто и сильно стучит его сердце в эту минуту. Оно билось о его грудную клетку, и каждый удар отдавался в ее теле толчком, исходящим откуда-то из самой души.
- Прости, - зашептал он, - прости, я тогда с пневмонией валялся… я не хотел, чтобы так… я уже тогда знал, что люблю и что приеду к тебе… просто не понимал, как и когда. Ты была такой далекой. А потом Макс сказал, что ты отказалась… я психанул – ты же знаешь, мне психовать, как… я знаю, я кретин… но я не могу без тебя.
- Ой! – неожиданно вскрикнула Ника, отчего Закревский побледнел. А она вдруг улыбнулась и приложила ладонь к животу. – Мне кажется, он тоже любит психовать.
Его выдох – с облегчением. Он все еще помнил, какой растерянной нашел ее в больнице несколько месяцев назад, когда открылось кровотечение – по его милости.
- Он так общается, - покачал Ярослав головой, накрывая ее руку своей и переплетая свои пальцы с ее. А потом с усилием скинул с себя наваждение и усмехнулся: – Ну, раз уж у нас вечер откровений, то, может, ответишь на два моих последних вопроса. Реально замучился уже гадать…
Ника только кивнула.
- Вероника Каргина из Киева с картинкой зайки на аватаре в контакте – твой профиль? – тоном, каким обычно задавал вопросы оппоненту в суде, спросил он.
- Какое это имеет значение? – удивилась Ника.
- Абсолютно никакого. Но я с февраля мучаюсь.
- Так и быть, спасу тебя от мучений. Мой.
Закревский хохотнул, выдохнул и приблизил свои губы к ее.
- Значит, зайка? – шепнул он, щекоча ее кожу дыханием.
- Это второй вопрос? – Ника коротко поцеловала его в губы и подалась от него в сторону. Ближе к дивану. Где была настигнута уже через мгновение. И снова оказалась в его объятиях.
- Нет, - ответил он, и вся игривость из голоса пропала. Он рассматривал ее несколько отчаянно долгих секунд. А потом, спохватившись, спросил: - Ты выйдешь за меня замуж?
Вероника думала в течение не менее отчаянно долгих секунд. И так же серьезно ответила:
- Выйду. Но предупреждаю. Если еще хоть раз сюда заявится Оля с юрфака или нечто ей подобное – заберу ребенка и уеду!
- Да твою ж мать! – выругался Закревский и участливо поинтересовался: - И что? Часто приходит?
- Не настолько, чтобы остаться без волос, - в тон ему отозвалась Ника и совершила еще один маневр по перемещению в сторону дивана. – Кстати, ты имеешь что-то против заек?
- Ничего, - рыкнул он, снова оказавшись рядом и легко расстегнув заколку на ее волосах. - Просто никогда не ассоциировал себя с волком.
Ника ничего не ответила. Коснулась легкими быстрыми поцелуями его лба, глаз, щек, прижалась к губам. Легко, узнавая, как в первый раз, и привыкая заново, словно после разлуки. Из ее груди вырвался негромкий зовущий стон, на который он отозвался хриплым дыханием. И если она молчала, то он едва слышно шептал. Шептал что-то, что, быть может, давно не имело значения, но в эту самую минуту сделалось необходимым – для него. Сознавая, что едва ли она слышит, едва ли понимает, ошалевшая от его ласк. Наверное, так он объяснялся ей в любви. Словами, голосом, дыханием, руками, всем телом. Как никогда до этого дня. И зная, что для нее это тоже впервые.
Эпилог
Gala: ну? И как оно?
Вера: что оно?
Gala: ощущения, что!
Gala: Я еще ни разу разведенной не была, потому и спрашиваю.
Вера: охоспади…
Вера: ну, в некотором роде, я тоже. не до конца прочувствовала. У меня как-то мужик под боком, и ребенок в животе.
Gala: И че? А вечеринку по поводу избавления устроить?
Gala: Не, я понимаю, тебе пить нельзя и все такое.
Gala: но блин же!!!!!!
Gala: это ж победа, Верка!
Вера: победа, победа
Вера: Слава дождаться не может, когда я свидетельство получу, чтобы заявление подать.
Gala: Какая я молодец, а!
Gala: вот я только щас подумала, какая я молодец!
Gala: если б не я, то у вас бы веселым новым годом и обошлось!
Вера: ага
Вера: но мне как-то неспокойно
Вера: я псих
Gala: Чейта?
Gala: опять кАзел? Так нет больше кАзла. Был и весь вышел.
Gala: или адвокат чего-то не того?
Вера: та всё того…
Вера: это я. непривычно.
Gala: от чудо!
Gala: плохо ей – нормально. А как хорошо – так непривычно!
Gala: вот бери и привыкай!
Gala: я же говорил, что он нормальный! (с)ВАСЯ
Вера: Вася! иди к черту!
Gala: Вася-то пойдет! Вася-то не гордый!
Gala: все, он ушел.
Gala: тоже гад, кстати!
Вера: не знаю, кто тоже. и уж точно некстати
Gala: да прям! Адвокатша! От адвоката своего нахваталась?
Gala: у меня к тебе последний вопрос.
Gala: а секс по-прежнему прям-таки? Или все, сдулся?
Вера: еще лучше!
Gala: хренасе…
Gala: Ты ж беременная!
Вера: ну вот так…
Gala: ну ты, мать, даешь… поаккуратней там!
Вера: не переживай. Один аккуратист уже имеется.
Gala: ишь!

***
Виктор Каргин был выпущен под залог через несколько дней после задержания. Но менее чем через две недели бежал из страны по фальшивым документам. Его местонахождение до сих пор неизвестно. Денис Гаращенко был приговорен к тюремному заключению, однако позднее освобожден досрочно, после чего вернулся к общественной деятельности, заявляя о политических мотивах расследования против него. Вероника Закревская несколько раз вызывалась в ГПУ для допросов по делу о своем бывшем супруге. Но это совсем другая история.

***
- Смотри, мне этот нравится, - Закревский выудил из длинного ряда вешалок комбинезон с красной подкладкой и рваными коленками с характерным углублением там, где полагалось находиться животу. Посмотрел на дырки, поржал. И выдал: – Хотя бы не уныло… ну и… продуваемость там. Типа вентиляция.
- Вентиляция, - буркнула Ника, плетясь за мужем. – Я чувствую себя слонихой-пришельцем, а ты мне про вентиляцию впариваешь.
- Ты из меня зоофила не делай, - хохотнул он. – Я бы в слоне заблудился. А в тебе мне вполне комфортно.
- Так ты из-за комфорта во мне в гостишку со мной таскался? – Ника шевельнула бровью.
- А то ты не знаешь, зачем я таскался. Там было удобнее, чем в машине. Комбез мерить будешь? Нет?
- Я-то знаю, - приглядываясь к комбинезону, ответила Ника. – За удобным разнообразием. Ну потом типа втянулся, подсел. И решил, что любовь. А тут еще и лягушонок. Так?
Ника с независимым видом взяла из его рук плечики и пошла к примерочным, распустив по дороге волосы и взлохматив их небрежным жестом. Закревский, скрестив руки, с улыбкой наблюдал, как она семенит по салону магазина и оглянулся. Пусто. Только продавщица, трындевшая по телефону. Впрочем, не все ли равно.
Через секунду он оказался в примерочной и плотно задернул шторку. Повернулся. Глаза в глаза. Губы в губы. Выдохнул:
- Не так.
И, обхватив ее голову обеими ладонями, зарываясь пальцами в локоны, поцеловал.
Она ответила, словно он не целовал ее вечность. Как в самый первый раз, едва его губы коснулись ее кожи, она превратилась в первобытную голодную женщину. Которая сходила с ума от гордости, что принадлежит этому и только этому мужчине. Которая завидовала сама себе, что у нее есть этот мужчина.
Ника отвлекалась от его рта, проводила языком по шее, кадыку, ключицам, возвращалась к губам, отдавая ему свои, зная, как умеет он их терзать, одновременно наполняя ее своей нежностью. Задерживала дыхание, впитывая в себя его запах. И металась руками по одежде и телу. Скинутая футболка, спущенные джинсы. Спина, живот, член… выдохнула с протяжным стоном… Задранный сарафан. Клитор, ногти, пальцы… связывающие два тела в одно.
Собственная неуклюжесть распаляла еще сильнее. Ника тихонько урчала, покусывая его плечи. Потом он не выдержал. Из горла его вырвался хриплый звук, и он отстранился. На мгновение. Только для того, чтобы повернуть ее спиной к себе.
Когда она уперлась ладонями в зеркальную стену, протяжно выдохнул и вошел в нее, чувствуя, как ее мышцы плотно обхватывают его член. И сходя с ума от этого ощущения. И от ее прерывистого дыхания, обрывавшегося при каждом толчке, когда он начал двигаться. И от их отражения, возбуждавшего еще больше. Видеть ее узкую спину перед собой. Видеть в зеркале ее лицо, искаженное от наслаждения. И видеть себя, врезавшегося в ее тело раз за разом, раз за разом.
- Втянулся, говоришь? – выдохнул ей в ухо, легонько прикусывая его.
- А разве нет? – спросила Ника, глядя в отражения его глаз.
Она улыбалась, изгибала спину и легко толкалась бедрами.
- Еще как – хрен вытянешь, - продолжая терзать ее ушко, шепнул он.
- А ты не вытягивай, - хохотнула она.
- Тогда держись, - рыкнул он, приподняв ее локоны, переключился на шею, а пальцы его мягко спустились вниз, скользнули между ягодиц и стали дразнить анус. Не останавливаясь, не прекращая движений. До того, самого последнего, когда она обмякла в его объятиях, и больше не упиралась в зеркало, а он с глухим стоном прижимался к ее спине, закрыв глаза и тяжело дыша.
В наступившей тишине раздался глубокомысленный голос Ники:
- Завтра в салон пойду. Хочу сменить стрижку. Попробую бразильскую. Все равно скоро пригодится.
Она оправила сарафан и теперь заплетала волосы.

Конец.
Нет, все же они чудные ребята. Правда я, грешным делом, подумала, что они беременны оба. :sm38: Все признаки у Ярика :sm34: на лицо: нервный, сам не знает чего хочет, тянет его то побухать, то морду кому-нибудь набить...
Вообще детский сад, ясельная группа. А может и нет. Не знаю. Оказывается просто... эммм... встречаться без обязательств на пару часов было легче и проще, а как закончился "постельно-кофейный" период, начались проблемы. Одна заедает проблемы мороженым и терзает себя сомнениями, другой заливает это же дело алкоголем и пытается понять, а как жить с ее бурным прошлым... И никому из них не приходит в голову поговорить о том, волнует. То есть, каждый должен догадаться сам. Всегда умиляют меня подобные доводы. Ну он же молчит. Ну она же ничего не говорит. Потому и стресс у барышни. Она не понимает, чёй-то он вдруг ее на прогулки, как болонку выводит, холодильник едой затаривает, церемонно целует в лобик и.... уходит? Он же пытается быть "рыцарем" ( он же не пещерный человек в самом деле, чтобы ее беременную бросать на кровать, срывать с нее одЁжу. Он и потерпеть может. Наверно... )
Короче, не понЯли они друг друга. :sm34: Хорошо еще, что есть Гала и Вася. :sm38: Если что, помогут советом.
Появление Каргина немного напрягло, приготовилась к очередной его гадости, но пронесло. Уфф! От сердца отлегло. Ну а дальше, влюбленные товарисЧи выяснили отношения и теперь спокойно, а может и не спокойно, ждут появления на свет своего чада.
Ну а как сложится их дальнейшая жизнь.... время покажет. Это, как говорится - уже другая история. В одном уверена точно, скучно им не будет.

ДжЫн, Светлая, благодарю за еще одну интересную, местами забавную, местами.... шокирующую :sm34: историю. d_daisy

Пы.Сы. Олю срочно выдать замуж или выслать на Северный полюс. Ну задолбала, ей богу, своими "пирогами". :sm34:
Цитата
Magica пишет:
Нет, все же они чудные ребята.
Точно? Стесняюсь спросить, в каком месте они хорошие. Но тебе верю. Пусть будут хорошие. :sm38:

Цитата
Magica пишет:
Правда я, грешным делом, подумала, что они беременны оба.
Не, беременный один. Вопрос, кто именно. :sm41:

Цитата
Magica пишет:
а как закончился "постельно-кофейный" период
А вот фиг он закончился! :sm19:

Цитата
Magica пишет:
Потому и стресс у барышни.
Да нет. Стресс у барышни по другому поводу. Вот пережить его она пытается именно таким образом. Это факт. Ну да у нее вообще свои методы борьбы с собственным стрессом и собственными проблемами. Свободу выбора и действия еще никто не отменял. Даже если это не самые правильные выбор и действия.

Цитата
Magica пишет:
Хорошо еще, что есть Гала и Вася. Если что, помогут советом.
Тут спорить не стану - хорошо!

Цитата
Magica пишет:
Олю срочно выдать замуж или выслать на Северный полюс. Ну задолбала, ей богу, своими "пирогами"
Злая какая! Она же от души!

Magica, спасибо, что читала, размышляла и не шокировалась окончательно.
d_daisy
Мой ник-нейм JK et Светлая забит!
Огромное спасибо той, кого предупреждали особо, за обложку к Кофейному роману!
Магика! Мы очень-очень тебя любим! Спасибо тебе, дорогая, за такую красоту!
Цитата
Magica пишет:
Все признаки у Ярика на лицо: нервный, сам не знает чего хочет, тянет его то побухать, то морду кому-нибудь набить...
да он и раньше трезвым редко ходил, но не дрался, да :sm34:
Цитата
Magica пишет:
И никому из них не приходит в голову поговорить о том, волнует. То есть, каждый должен догадаться сам.
Да вот в том-то и дело, что в ответ на его попытки поговорить Ника предлагала отправиться на разложенный диван. Печалька у мужика. Баба с ним трахаться хочет, а разговаривать - нет. Его это несколько... эээээ.... удручает.
А вот почему молчит Ника, он до определенного периода не дает себе труда задуматься. Вынес вердикт: не любит! И где-то до ее больнички был уверен, что прав.
Если говорить об истории с флешкой, то он для себя этот вопрос закрыл. И считал, что Нике вообще об этом знать не надо. А Ника... Ника просто боялась. И потерять его, и мыслей его, и того, что потом может быть.
Цитата
Magica пишет:
он же не пещерный человек в самом деле, чтобы ее беременную бросать на кровать, срывать с нее одЁжу. Он и потерпеть может. Наверно...
я промолчу... потому что НАВЕРНОЕ надо писать вот такими буквами orc

Наташ, спасибо, что ты с нами, что читаешь! И спасибо, что не сильно шокируешься :sm47:
Magica, спасибо огромное-преогромное за обложку.
Очень красиво!
girl-with-4miak
Мой ник-нейм JK et Светлая забит!
Страницы: Пред. 1 2 3
Читают тему
Ссылки на произведения наших авторов
Сайт создан и поддерживается на благотвортельных началах Echo-Group